mgimoreviewВестник МГИМО-УниверситетаMGIMO Review of International Relations2071-81602541-9099MGIMO Universty Press10.24833/2071-8160-2020-1-70-7-22mgimoreview-1269Research ArticleИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЕ СТАТЬИ. История международных отношенийRESEARCH ARTICLES. History of International RelationsНеведомой страны чертёж: первые европейские карты Московии (1525 г.)The First European Maps of Muscovy (1525)КудрявцевО. Ф.KudryavtsevO. F.

Олег Фёдорович Кудрявцев – доктор исторических наук, профессор кафедры всемирной и отечественной истории МГИМО МИД России

119454, Москва, пр. Вернадского, 76.

Oleg F. Kudryavtsev – Prof. Dr., Department of World and Russian History

76 Prospect Vernadskogo, Moscow, 119454, Russia

demetr22@mail.ruМосковский государственный институт международных отношений (университет) МИД РоссииРоссияMoscow State Institute of International Relations (university)Russian Federation202003032020131722Copyright © Кудрявцев О.Ф., 20202020Кудрявцев О.Ф.Kudryavtsev O.F.Данная работа распространяется под лицензией Creative Commons Attribution 4.0.This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.https://www.vestnik.mgimo.ru/jour/article/view/1269

Первые карты с изображением Московии появились в Европе как следствие огромного интереса к ней в середине 20-х гг. XVI в. Как раз в то время в «Книге о посольстве Василия, великого князя Московского, к папе Клименту VII» её автор, известный итальянский гуманист Павел Йовий, заявил о намерении «воспроизвести местоположение сего региона (Московии – Авт.) на печатном чертеже». Тем не менее, ни к первому изданию его книги, ни ко всем последующим никакая карта Московских земель приложена не была. Но карта была обнаружена, причём в двух вариантах. Первый найден в Венеции, в рукописном атласе Баттисты Аньезе. Второй представляет собой печатное издание, подготовленное, возможно, Павлом Йовием и предназначенное, по-видимому, для его книги. Карты похожи одна на другую, их поясняет сходная надпись: «Карта Московии, составленная на основе рассказов посланца Дмитрия так, как он сам узнал от многих, поскольку, по его собственному признанию, всю страну он объехал далеко не полностью, год 1525, октябрь».

Сопоставление двух самых ранних карт Московии позволяет согласиться с уже высказанным наблюдением о том, что они «настолько близки между собой, что могут рассматриваться как варианты единого сюжета». И всё же считать вслед за этим, будто напечатанная карта, автором которой мог быть Павел Йовий, стала примером для карты Аньезе, неправильно, ибо при таком допущении невозможно объяснить очевидные и существенные расхождения в географических объектах и их названиях на этих двух картах.

Изготовление двух карт Московии осенью 1525 г., почти в одно время с книгами об этой стране Павла Йовия, Альберта Кампенского и Иоганна Фабри, – свидетельство большого и напряжённого внимания Европы к появившемуся на её восточных границах мало известному государству. Эти карты должны были дополнительно к описаниям Московии упомянутых выше авторов дать её детальное и наглядное изображение как сложного географического объекта. И, надо признать, их составителям это удалось.

The earliest maps entirely or at least partially dedicated to Muscovy appeared in Europe in 1520s as a result of an increasing interest in this land. Around this time a famous Italian humanist Paolo Giovio promised in his book «Libellus de legatione Basilii magni Principis Moscouiae ad Clementem. VII. Pont. Max.» to reproduce a map of Muscovy in print (in tabula typis excusa). But the map didn’t appear either in the first nor in succeeding editions of the Giovio’s book.

Nevertheless, the map was discovered even in two versions. The first was found in manuscript atlas made in the first half of the 16th century in Venice by cartographer from Genoa Battista Agnese. The second one is a printed map prepared, as it seems, by Paolo Giovio for his book but for some reasons not added to it. Both maps have much in common, as a kind of introduction to them serves almost the same inscription: «Moscoviae tabula relatione Dimetrij legati descrypta sicuti ipse a pluribus accepit, cum totam prouinciam minime peragrasse fateatur anno M.D.XXV. octobris».

After examining the two earliest maps of Muscovy I can support the opinion already expressed in historiography that for their resemblance they might be the variants of the same map. Nevertheless, there are some important and obvious differences in location of geographical objects and their names, which are difficult to account for in case the one map is a reproduction of the other.

The fact that the first two European maps of Muscovy appeared in autumn 1525 coinciding with publication of three books about this country written by Paolo Giovio, Albertus Campensis and Johann Fabri is indicative of a great and intense attention which Europe payed to Muscovy in its oriental boundaries around this time. These maps complement the descriptions of Muscovy in above mentioned books by giving detailed and visual representation of Muscovy land as a complicated geographical object. We must acknowledge their authors – in spite of a great number of mistakes – were able to cope with this task.

карты Московиикосмографиягеографияобраз другогогуманизм ВозрожденияБаттиста АньезеПавел Йовийmaps of Muscovycosmographygeographyimage de l’autreRenaissance humanismBattista AgnesePaolo GiovioReferencesMichow H. 1884. Die ältesten Karten von Russland, ein Beitrag zur historischen Geographie. Hamburg: Geographische und nautische Verlagshandlung. 91 s.Michow H. 1884. Die ältesten Karten von Russland, ein Beitrag zur historischen Geographie. Hamburg: Geographische und nautische Verlagshandlung. 91 s.Mund St. 2002. The emergence of knowledge about the Volga in the writings of Western travelers and intellectuals (XIIIth–XVIth centuries). Velikiy Volzskiy put’: istoriya formirovaniya i rasvitiya. [The Great Volgian Route: History of Formation and Development]. Kasan’. Pt. II. P. 298–308.Mund St. 2002. The emergence of knowledge about the Volga in the writings of Western travelers and intellectuals (XIIIth–XVIth centuries). Velikiy Volzskiy put’: istoriya formirovaniya i rasvitiya. [The Great Volgian Route: History of Formation and Development]. Kasan’. Pt. II. P. 298–308.Багров Л. 2005. История русской картографии. Москва: Центрполиграф. (1 изд. на английском яз. – 1975). 522 с.Bagrow L. 2005. Istoriya russkoy kartographii [History of Russian Cartography]. Moskow: Centrpolograf. 522 p. (In Russian)Кордт В. 1899. Материалы по истории русской картографии. Киев: Типография С.В. Кульженко. I(I). 15 с.Kordt V. 1899. Materiali po istorii russkoy kartographii [Materials for the Russian Cartog- raphy]. Kiev: Tipografia S.V. Kulzenko. I(I). (In Russian). 15 p.Кудрявцев О.Ф. 1997. Жизнь за царя: русские в восприятии европейцев первой половины XVI в. Россия в первой половине XVI в.: взгляд из Европы. Составитель, автор вводных статей, примечаний, указателей О.Ф. Кудрявцев. Москва. С. 6–34.Kudryavtsev O.F. 1997. Zis’n’ sa tsarya: russkiye v vospriyatii evropeytsev pervoy polovini XVI v. [A Life for Tsar: An European Perception of Russians in the First Half of the XVIth century]. Rossaya v pervoy polovine XVI v.: vsglyad is Evropi. Moscow: Russkiy mir. P. 6–34. (In Russian).Рыбаков Б.А. 1994. Новооткрытая карта Московии 1525 г. Отечественные архивы. № 4. С. 3–8.Rybakov B.A. 1994. Novootkrytaya karta Moskovii 1525 g. [The New Discovered Map of Muscovy 1525 year]. Otechestvennie arhivi. N 4. P. 3–8. (In Russian).Старков В.Ф. 1994. Описание карты 1525 г. Отечественные архивы. №4. С. 8–15.Starkov V.F. 1994. Opisanie karti 1525 g. [Description of Map 1525 year]. Otechestvennie arhivi. N 4. P. 8-15. (In Russian).

The authors declare that there are no conflicts of interest present.