Наталья Викторовна Соколова – кандидат исторических наук, старший научный сотрудник
119991, Россия, г. Москва, Ленинский проспект, д. 32-А
Natalia V. Sokolova, Candidate of Historical Sciences, Senior Researcher Fellow
119334, build. 32-А, Leninsky Prospect, Moscow, Russia
В статье изложены некоторые итоги исследования истории церковной реформы, в котором Северная война рассматривается в качестве одного из важнейших факторов петровских преобразований в церковно-государственных отношениях. Вводятся в научный оборот описные книги патриарших вотчин в 17 уездах России, созданные в ходе описания церковно-монастырских имуществ во исполнение указа от 31 января 1701 г. Отмечены черты общего и особенного в формуляре и содержании этих документов и ранее известных описаний архиерейских домов и монастырей, проводившихся по наказным памятям Монастырского приказа в 1701-1705 гг. Констатируется, что секуляризация земельных владений патриарха, в отличие от иных церковных владений, уже в начале XVIII в. была доведена до логического конца, была полной и окончательной. В этой связи очевидна необходимость отказа от однозначных исторических параллелей между событиями начала XVIII в. и «монастырской секуляризацией» 1764 г.Сопоставление адресованных Петру I предложений влиятельного в тот период «прибыльщика» Алексея Курбатова в письме, датированном 25 октября 1700 г., и содержания именных указов от 24 и 31 января 1701 г. о восстановлении Монастырского приказа позволяет высказать гипотезу о том, что поражение под Нарвой и подготовка к встрече с курфюрстом Августом II, итогом которой стало подписание Бирженского трактата, заставили внести существенные коррективы в планы церковной реформы. Новеллой январских указов, которые, по моему мнению, и стали началом реформы (в тогдашнем общеевропейском смысле этого понятия), было включение вотчин патриарха в перечень владений церкви, подлежащих впредь контролю со стороны государства.Последовавшая в начале Северной войны секуляризация церковно-монастырских владений и имущества не только противоречила многовековой исторической практике, но была тогда организационно неподъёмной для государства. Оно оказалось способным решить задачу управления выморочными патриаршими землями, но для приемлемого контроля над всеми владениями Церкви у него ещё не было соответствующих кадровых и логистических возможностей.
The article presents historical research on the Church reform of Peter I, considering the Great Northern War (1700–1721) as one of the crucial transformational factors in church-state relations in Russia. The article introduces descriptive books of patriarchal estates in 17 counties of Russia. They were created during the audit of Church and monastic property in line with the decree of January 31, 1701. It considers features of the form and content of these documents and previously known descriptions of bishops' houses and monasteries, which were carried out according to the mandated memorials of the Monastic Order in 1701-1705. The article claims that the secularization of the patriarch's landholdings, in contrast to other church holdings, was complete and final already at the beginning of the 18th century. In this regard, there is an obvious need to reject historical parallels between the events of the early 18th century and the "monastic secularization" of 1764.
Comparing the Alexei Kurbatov’s proposals to Peter I in a letter dated October 25, 1700, with the content of the personal decrees of January 24 and 31, 1701 on the restoration of the Monastic Order allows us to hypothesize that the defeat at Narva and preparation for the meeting with the Elector Augustus II that would result in the signing of the Biržai pact, significantly adjusted the plans of the Church reform. The novelty of the January decrees that presumably started the reform (in the then-common European sense of the concept) was the inclusion of the patriarch's estates in the list of the Church's possessions subject to the control of the state in the future.
I conclude that the secularization of church-monastic possessions and property that followed at the beginning of the Great Northern War not only contradicted the centuries-old historical practice but was at that time organizationally overwhelming for the state, which was able to solve the problem of managing the escheat patriarchal lands but did not yet have the appropriate staffing and logistics capacities for control over all possessions of the Church.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.