Дмитрий Борисович Графов – кандидат политических наук, старший научный сотрудник
107031, г. Москва, ул. Рождественка, д.12
Dmitry B. Grafov – Candidate of Political Science, Senior Research Fellow
12, Rozhdestvenka street, Moscow, Russia, 107031
В стремительно изменившемся после начала специальной военной операции России на Украине мире есть одна страна, политика которой, меняясь ситуационно, остаётся прежней. Это Турция. Переход к наступательной активности во внешней политике Анкары с середины 2010-х гг. отражает претензию Р. Эрдогана на новое место страны в системе международных отношений и нацелен на укрепление харизматической и рациональной легитимности его власти. Отличия внешней политики Турции в настоящее время от политики до 2010-х гг. заключаются в более активном применении военной, экономической или иной материальной силы либо угрозы силой с целью решить пять внешнеполитических проблем: «Курдский вопрос»; «Эгейский вопрос»; возвращение Турции на территории, закреплённые в клятве «Misak-i Milli»; выход из тупикового положения в интеграции с ЕС; преодоление неравноправности союзнических отношений с США с целью удовлетворить антиамериканский национализм.В статье ставится цель проанализировать внешнюю политику Турции с момента вмешательства во внутренний конфликт в Сирии в 2014–2015 гг., определить, какие расчёты (стратегии) лежали в максимизации силы (её применении или угрозе применения), и выяснить, почему наступательная политика Анкары не вызывает появления балансирующей коалиции в соответствии с теорией неореализма в международных отношениях. Анализ опирается на теорию неореализма и переговорную модель войны («Bargaining model of war»). Вывод данного исследования состоит в том, что целью политики Р. Эрдогана является перераспределение влияния в пользу Турции как в отношениях с ключевыми партнёрами-противниками (США, ЕС, Россией), так и с региональными державами посредством достижения доминирования «переговорной силы» (bargaining power) Турции за счёт использования противоречий между конкурирующими между собой – и поэтому взаимно уравновешивающими друг друга – государствами, которые одновременно выступают в качестве партнёров и оппонентов Турции. Демонстрация силы компенсирует несговорчивость партнёров-противников и служит инструментом убеждения в том, что их издержки на сдерживание Турции будут больше, чем стоимость уступки. Перераспределение силы в пользу Турции за счёт такой стратегии не приводит к формированию сдерживающей коалиции, так как ей удаётся поочерёдно перебалансировать одних возможных участников такой коалиции с помощью сближения или угрозы сближения с конкурирующими с ними другими возможными участниками сдерживающей коалиции, что согласуется с «переговорной моделью войны».
The new offensive approach of Turkey's foreign policy is the sign of President Erdogan's ambitions to redistribute power in the Middle East and the Eastern Mediterranean and a way to legitimize his own regime. On the one hand, this can be seen as the ambitions of «neo-Ottomanism», on the other hand, there is a new attempt to solve five foreign policy problems: the «Kurdish issue», the «Aegean dispute», the return of territories mentioned in the “National Oath” (Misak-i Milli), breakthrough from disillusionment with integration with the EU and overcoming inequality in allied relations with the United States to satisfy antiAmerican nationalism.The article examines Turkey's foreign policy since Erdogan gained full control of power and intervened in the civil war in Syria in 2014-2015. The aim is to determine the reason for Turkey's offensive strategy from the perspectives of Neorealism theory of International Relations and Bargaining model of war. The main findings are as follows. Erdogan's policy of power redistribution has focused on relations with the United States, the EU, and Russia as well as regional powers and has employed dominance in bargaining power as the main tool. A show of Turkey's force makes counterparts more compliant and serves as a tool to convince that the cost of deterring Turkey will be greater than the cost of concession.The main feature of Erdogan's policy is the use of contradictions between partners. According to Neorealism, if a state becomes too powerful, the balancing coalition occurs. But Turkey's offensive policy does not face a balancing coalition (or an international system, especially on the NATO and the EU directions), because there are many contradictions between potential opponents, which Erdogan masterfully uses. At some point, Turkey balances each of them by the threat to move closer to its opponent thus creating a balancing lever in “balancing triangle”. In this way Erdogan uses a series of “balancing triangles” to put pressure on Russia, the US, and the EU simultaneously.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.