Иван Дмитриевич Лошкарёв – кандидат политических наук, доцент кафедры политической теории, научный сотрудник Центра ближневосточных и африканских исследований ИМИ
119454, г. Москва, проспект Вернадского, д.76.
Ivan D. Loshkariov – Ph.D. in Political Science, Associate Professor in the Department of Political Theory, a researcher at the Center for Middle Eastern and African Studies, Institute of International Studies
119454, Moscow, 76 Vernadsky Ave.
Иван Сергеевич Копытцев – стажер Центра ближневосточных и африканских исследований ИМИ
119454, г. Москва, проспект Вернадского, д.76.
Ivan S. Kopyttsev – Research Trainee of the Center for Middle Eastern and African Studies, Institute of International Studies
119454, Moscow, 76 Vernadsky Ave.
В последние годы на фоне динамики устойчивого роста объёмов денежных перечислений, поступающих из мигрантских сообществ в страны происхождения, перед развивающимися государствами всё острее встаёт потребность создания и совершенствования институциональных механизмов, которые позволили бы направить эмоциональную привязанность участников диаспор для реализации национальных экономических интересов. В рамках статьи рассматривается роль фактора мигрантских перечислений в выстраивании диаспоральных политик государств в Африке. Подробно изучены две группы из восьми стран – лидеров по доле мигрантских перечислений в ВВП и по абсолютному объёму подобных денежных и натуральных поступлений (Гамбия, Египет, Кения, Лесото, Марокко, Нигерия, Сомали, Южный Судан). Основными критериями сравнения выступают три группы инструментов и практик взаимодействия, направляющих мигрантов стран с диаспорами: формально-институциональные, экономические и социально-культурные. В процессе исследования авторы опираются на неоинституциональный подход, понимая под диаспоральной политикой набор упорядоченных практик в ряде смежных отраслей государственного управления. Сравнение, последовательно проведённое как внутри, так и между группами кейсов, позволяет констатировать существование различных траекторий развития механизмов сотрудничества страны происхождения с диаспорой, а также определить ключевые из этих механизмов. По результатам проведённого исследования удалось установить наиболее перспективные направления развития диаспоральных политик и в то же время выявить факторы, ограничивающие их возможности. К перспективным направлениям развития мы относим создание отдельных платформ диаспорального представительства, углубление сотрудничества государств происхождения и государств пребывания, перенос части механизмов диаспоральной политики на субнациональный и наднациональный уровень. В то же время развитие диаспоральной политики в проанализированных кейсах ограничивается не только недостаточными материальными ресурсами, но и слабостью государственных институтов и нежеланием государств утрачивать контроль над коммуникацией своего населения с внешними акторами. Тем не менее, несмотря на интуитивное предположение о существовании связи между степенью разработанности механизмов сотрудничества с диаспорой, с одной стороны, и величиной мигрантских перечислений в страну происхождения, с другой – эмпирический анализ демонстрирует ограниченность потенциала подобной гипотезы как минимум в африканских реалиях.
Recent years have seen a substantial increase in remittances from diaspora communities to their home countries, prompting developing economies to establish and enhance institutional mechanisms. These mechanisms aim to channel and leverage the emotional connections of emigrants to their native lands for economic purposes. This article concentrates on the influence of migrant remittances on the formulation of diaspora policies in Africa. It closely examines two clusters encompassing a total of 8 states recognized as leaders in terms of migrant remittances’ share in GDP and their absolute value, respectively. The article evaluates three primary categories of tools and practices that structure diaspora cooperation: formal institutional means, economic tools, and socio-cultural practices. The research applies a neo-institutional approach, conceiving diaspora policy as a network of interconnected practices across various spheres. By comparing cases within and between these clusters, it demonstrates diverse approaches to developing diaspora cooperation mechanisms. Additionally, the authors outline the most promising pathways for advancing diaspora policies while identifying existing barriers.
They advocate for the establishment of distinct platforms for diaspora representation, deepening cooperation between origin and host states, and extending certain diaspora policy mechanisms to subnational and supranational levels. However, the development of diaspora politics in the examined cases is impeded by insufficient resources, weak state institutions, and state reluctance to cede control over their population's interaction with external actors. Despite the prevalent notion that the evolution of diaspora cooperation mechanisms correlates with the volume of migrant remittances, empirical analysis within the African context exposes the explanatory limitations of such a model.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.