к.п.н., с.н.с. Центра глобальных проблем Института международных исследований,
119454, Москва, пр. Вернадского, 76
PhD in Political Science, Senior Researcher at Center for Global Issues, Institute for International Studies,
119454, Moscow, Prospect Vernadskogo, 76
эксперт Центра научной политической мысли и идеологии, аспирант кафедры сравнительной политологии,
119454, Москва, пр. Вернадского, 76
expert at the Centre for Scientific and Political Thought and Ideology, graduate student of the Department of Comparative Politics,
119454, Moscow, Prospect Vernadskogo, 76
студент факультета Международных отношений, председатель Научного студенческого общества,
119454, Москва, пр. Вернадского, 76
student of the Faculty of International Relations, Chairman of the Student Scientific Society,
119454, Moscow, Prospect Vernadskogo, 76
Авторы изучают социологический базис грузинской внешней политики на основании данных долгосрочных исследований американских и грузинских НКО, критическиподходя кпредставленным имицифрам.Несмотрянаагрессивныйхарактер риторики грузинских политиков в отношении России и явного общественного консенсуса в отношении евроатлантической интеграции, исследование демонстрирует, что Грузия отнюдь не является потерянным для России государством. Результаты социологических опросов показывают, что до третижителей Грузии готовы считать Россию основным партнером своей страны, и в опредёленной степени этот показатель зависит от политики грузинских властей. К тому же привлекательность евразийской интеграции в Грузии совсем не равняется нулю, а имеет сторонников среди примерно пятой части населения. По мнению авторов, помощь в решении внутриэкономических проблем может оказаться для Грузии гораздо более важной, нежели экспорт в Грузию западных идеологических концептов вроде «маяка демократии» или «по-настоящему европейской страны». Несмотря на то, что Россия по результатам большинства опросов занимает первое место в списке угроз Грузии, опережая даже запрещённое «Исламское государство», около трети населения считает, что российская угроза преувеличена. Если в эту группу включить тех, кто не видит в России угрозу своей стране, эти граждане Грузии почти уравниваются в количестве со стабильной половиной населения, согласной с утверждением «Россия несёт Грузии угрозу». Даже при сохранении российского признания Абхазии и Южной Осетии и ориентации грузинской внешней политики на запад, человеческие, культурные и экономические связи между Грузией и Россией не разорвутся. Однако игнорирование имеющегося потенциала развития двусторонних отношений может значительно ослабить связи между Россией и Грузией, подорвав фундаментальную основу для их улучшения.
The authors study the sociological grounds of Georgia's foreign policy based on the long-term researches conducted by American and Georgian NGOs, yet applying a critical approach to the provided data and figures. Despite the aggressive rhetoric of Georgian politicians towards Russia and apparent social consensus as regards EU and NATO integration, the article concludes that Russia has not completely "lost" Georgia. The results of the sociological surveys show that up to one third of the population of Georgia are ready to consider Russia as main partner of their country, and this figure depends to a certain extent on the Georgian authorities' policy. In addition, the potential of the Eurasian integration of Georgia is not equal to zero, and it is supported by around one fifth of the population. In the authors' view, Georgia may appreciate help with solving its domestic economic problems far more than being called "a beacon of democracy" or "a truly European state". Although according to the results of the most surveys Russia takes the first place in the list of the threats to Georgia, exceeding even the figures for the banned "Islamic State", around one third of the population of Georgia consistently consider Russian threat exaggerated. Together with those who do not regard Russia as a threat at all, these citizens of Georgia almost equal the number of people who believe that "Russia poses a threat to Georgia". Even if Russia does not change its position on the recognition of Abkhazia and South Ossetia, and the West remains the goalpost of Georgia's foreign policy, the ties between the people, cultures, and economies of the two countries will not be severed. However, negligence towards the potential of developing the bilateral relations with no efforts taken on a mutual basis may significantly weaken the ties between Russia and Georgia by undermining the chances of strengthening them.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.