доцент кафедры языков стран Ближнего и Среднего Востока,
19454, г. Москва, проспект Вернадского, д. 76
Associate Professor, Department of Middle East Languages,
76, Prospect Vernadskogo, Moscow, 119454
Статья посвящена изучению нового вектора внешней политики Израиля, мусульманским государствам Центральной Азии, бывшим республикам Советского Союза. Побудительные мотивы его появления рассматриваются в аспекте «новой периферийной стратегии» Израиля. Автор сравнивает «периферийную стратегию» Израиля 1950-1970 гг. с «новой периферийной стратегией», находя общее и отличное. Общие угрозы со стороны арабского национализма стали одним из решающих факторов сближения Израиля, Турции и Ирана в 1950-х гг. Фактор общей угрозы, на этот раз со стороны радикального ислама, определяет и современную внешнюю политику Израиля. Исходя из него, Израиль пытается строить отношения с мусульманскими государствами Центральной Азии, руководство которых опасается экспорта исламской революции из Ирана, перетекания на свои территории хаоса, терроризма и войны из Ирака, Афганистана и Сирии. Негативные тенденции развития политической ситуации в ближневосточном регионе, обозначившиеся в ходе «арабской весны», повлияли на актуализацию вектора израильской политики, направленного на Центральную Азию и Кавказ. Значимым фактором «новой периферийной стратегии» является экономическая заинтересованность сторон в сотрудничестве. Партнёры Израиля по периферии хотят получать от него новые технологии, привлечь инвестиции. Со своей стороны крупный израильский бизнес предпринимал попытки закрепиться в стратегических отраслях экономик данных государств, учитывая неразработанную сырьевую базу и огромные запасы углеводородов в некоторых из них. Политическая нестабильность в части мусульманских государств сдерживает экономическое сотрудничество. В отличие от прежних партнеров Израиля по «периферийному альянсу» центральноазиатские государства не скрывают своего сотрудничества с ним. Существенным мотивом к сближению сторон представляется желание партнёров Израиля путём сотрудничества с ним получить благосклонное расположение США. Автор согласен с мнением, что «новая периферийная стратегия» может быть успешной при условии прозападной ориентации руководства мусульманских стран-партнёров Израиля.
Israel’s strategy of the “periphery Doctrine” served as a way to enhance security and economic ties and reduce isolation. Following the deterioration of the regional situation Israel had begun to consolidate new relations with peripheral nations. The post-Arab Spring regional order has largely transformed the Central Asia-Israel potential partnership. New regional order has jeopardized Israel’s geostrategic balance, and so that country is looking to deepen alliances in the Muslim world. Central Asian states can fill that role. The basis for this partnership is the understanding by the involved parties that they share certain security and economic interests that can provide benefits. The relationships between Israel and Central Asian countries are long-established and cordial in the political, economic and strategic realms, and based on shared views of world order and intense person-to-person relations. All of the Central Asian governments cultivated their secular traditions and stepped up their anti-Islamic stance for fear of the development of domestic, Islamic-oriented opposition. Islam has no specific legal status in any of the five states in the region, and the fight against alleged Islamic extremism has become a mainstay of domestic and foreign policies. This article surveys the constellation of bilateral ties that has formed between Israel and the Muslim states of Central Asia and draws a comparison to Israel’s previous relations with peripheral countries Turkey and Iran. Person-to-person relations between Israel and Central Asia are probably Tel-Aviv’s leading means of influence in the region. Israeli investments have strengthened the political partnership.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.