Вынужденная миграция китайских подданных в российский Туркестан во второй половине XIX в. – начале ХХ в.

Статья посвящена обобщению и анализу процесса вынужденной миграции из Китая в российский Туркестан во второй половине XIX – начале ХХ вв., в том числе определению хронологии и типологии этой миграции. Исследование, представленное в статье, основано на анализе документов, выявленных в пяти архивах России, Казахстана и Узбекистана. Кроме методов исторической науки, в исследовании применена теория о выталкивающих и притягивающих факторах миграции. Обнаружено, что вынужденная миграция с территории Китая в российский Туркестан во второй половине XIX и начале ХХ вв. была масштабным явлением, сыгравшим значимую роль в международных отношениях. Первое появление беженцев из Китая в российском Туркестане в рассматриваемый период было отмечено в 1864 г. Исследование позволило установить, что общая численность беженцев за рассматриваемый период составила более 100 тыс. чел., и они включали в себя представителей большинства этнических и конфессиональных групп, проживавших в Синьцзяне. Волны миграции напрямую зависели от политических событий в Китае. Среди беженцев были представлены люди обоего пола, взрослые и дети. Мигранты включали представителей как оседлого, так и кочевого населения, как городских, так и сельских жителей. Среди них были и «коренные» подданные Китая, и ранее переселившиеся на китайские территории бывшие подданные Российской империи. Кроме стихийной, присутствовала управляемая вынужденная миграция. Притягивающие факторы для всех групп беженцев были схожими, а многие выталкивающие факторы — «обоюдно обусловленными» этими группами друг для друга. Подавляющее большинство беженцев из Китая осталось проживать на территории Российской империи. Возвратная эмиграция в основном затронула беженцев, которые изначально собирались остаться на территории России временно. В конце XIX в. важным фактором стал инструмент принуждения – реадмиссия беженцев, обусловленная выполнением Россией договорённостей с Китаем и изменением внутренней политики самой Российской империи.Статья посвящена обобщению и анализу процесса вынужденной миграции из Китая в российский Туркестан во второй половине XIX – начале ХХ вв., в том числе определению хронологии и типологии этой миграции. Исследование, представленное в статье, основано на анализе документов, выявленных в пяти архивах России, Казахстана и Узбекистана. Кроме методов исторической науки, в исследовании применена теория о выталкивающих и притягивающих факторах миграции. Обнаружено, что вынужденная миграция с территории Китая в российский Туркестан во второй половине XIX и начале ХХ вв. была масштабным явлением, сыгравшим значимую роль в международных отношениях. Первое появление беженцев из Китая в российском Туркестане в рассматриваемый период было отмечено в 1864 г. Исследование позволило установить, что общая численность беженцев за рассматриваемый период составила более 100 тыс. чел., и они включали в себя представителей большинства этнических и конфессиональных групп, проживавших в Синьцзяне. Волны миграции напрямую зависели от политических событий в Китае. Среди беженцев были представлены люди обоего пола, взрослые и дети. Мигранты включали представителей как оседлого, так и кочевого населения, как городских, так и сельских жителей. Среди них были и «коренные» подданные Китая, и ранее переселившиеся на китайские территории бывшие подданные Российской империи. Кроме стихийной, присутствовала управляемая вынужденная миграция. Притягивающие факторы для всех групп беженцев были схожими, а многие выталкивающие факторы — «обоюдно обусловленными» этими группами друг для друга. Подавляющее большинство беженцев из Китая осталось проживать на территории Российской империи. Возвратная эмиграция в основном затронула беженцев, которые изначально собирались остаться на территории России временно. В конце XIX в. важным фактором стал инструмент принуждения – реадмиссия беженцев, обусловленная выполнением Россией договорённостей с Китаем и изменением внутренней политики самой Российской империи.

1. Brophy D. 2016. Uyghur Nation: Reform and Revolution on the Russia–China Frontier. Cambridge–London: Harvard Univ. Press. 347 p.

2. Curzon G.N. 1889. Russia in Central Asia in 1889 and the Anglo-Russian Question. London. 477 р.

3. Dorigo G., Waldo T. 1983. Push-Pull Migration Laws. Annals of the Association of American Geographers. 73(1). P. 1–17.

4. Hong D. 2005. A Comparative Study on the Cultures of the Dungan and the Hui Peoples.

5. Asian Ethnicity. 6(2). P. 135–140. DOI: 10.1080/14631360500135765

6. Hsü I.C.Y. 1965. The Ili Crisis: A Study of Sino-Russian Diplomacy, 1871–1881. Oxford: Clarendon Press. 230 p.

7. Millward J.A. 2007. Eurasian Crossroads: A History of Xinjiang. New York: Columbia Univ. Press. 440 p.

8. Rimsky-Korsakoff Dyer S., Tsibuzgin V., Shmakov A. 1992. The Karakunuz: An Early Settlement of the Chinese Muslims in Russia. Asian Folklore Studies. 51(2). P. 243–278. DOI: 10.2307/1178334

9. Аблажей Н.Н. 2015. Казахский миграционный маятник «Казахстан – Синьцзян». Эмиграция. Репатриация. Интеграция. Новосибирск: Б.и. 254 с.

10. Баранова Ю. 1959. К вопросу о переселении мусульманского населения из Илийского края в Семиречье в 1881–1883 гг. Труды Сектора востоковедения. №1. Алма-Ата: АН КазССР. С. 33–52.

11. Васильев Б.А. 1931. Дунгане. Культура и письменность Востока. Кн. VII–VIII. Москва. Васильев Д.В., Асанова С.А. 2023. Приют для страждущих: миграция из Синьцзяна в Россию в 1860–1880-х гг. Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: История России. 22 (1). С. 34–46. DOI: 10.22363/2312-8674-2023-22-1-34-46

12. Гейнс А.К. 2021. О восстании мусульманского населения, или дунган, в Западном Китае. Дунгане: история и культура: исследования о дунганах в России и СССР (вторая половина XIX — первая половина XX в.). Москва.

13. Дацышен В.Г. 2002. Калмыки в Семиреченском казачьем войске. Из истории русскокалмыцких отношений во второй половине XIX в. Калмыки и их соседи в составе Российского государства. Элиста: Джангар. С. 82–87.

14. Думан Л.И. 2021. История переселения дунган в Россию. Дунгане: история и культура:

15. исследования о дунганах в России и СССР (вторая половина XIX — первая половина XX в.). Москва: Наука – Восточная литература. С. 219–235.

16. Кабиров М.Н. 1951. Переселение илийских уйгур в Семиречье. Алма-Ата: Изд. АН Казахской ССР. 154 с.

17. Костенко Л.Ф. 1887. Чжунгария: Военно-статистический очерк. Санкт-Петербург. 341 с.

18. Кронгардт Г. 1982. Динамика численности населения Семиреченской области в последней трети XIX – начале ХХ в. История и современность. Фрунзе: Б.и. С. 27–33.

19. Леденев Н. 1909. История Семиреченского казачьего войска. Верный. 834 с.

20. Луков В.А., Нагдалиев С.С. 2020. Вынужденная миграция: социальные последствия межнациональных конфликтов. Москва. 126 с.

21. Лысенко Ю.А. 2013. К вопросу о переселении уйгур и дунган Илийского края в Российскую империю (70–80-е гг. XIX в.). Россия и Китай: История и перспективы сотрудничества: Материалы III международной научно-практической конференции (Благовещенск – Хэйхэ – Харбин, 15–20 мая 2013 г.). Благовещенск: Изд-во БГПУ. С. 71–75.

22. Моисеев В.А. 2002. Карательный поход цинских войск в Синьцзян и позиция России (70-е гг. XIX в.). Востоковедные исследования на Алтае. III. Барнаул: Изд-во Алтайского гос. университета. С. 100–112.

23. Моисеев В.А. 2003. Россия и Китай в Центральной Азии (вторая половина XIX в. – 1917 г.). Барнаул: АзБука. 345 с.

24. Мухатова О.Х., Курманалина Н.Н., Садвокасова З.Т. 2022 Деятельность православных миссионеров среди калмыков Семиреченской области во второй половине XIX века. Новый исторический вестник. №2. С. 6–27.

25. Остроумов Н.П. 1879. Китайские эмигранты в Семиреченской области Туркестанского края и распространение среди них православного христианства. Казань.

26. Рузиев М.Р. 1982. Возрожденный уйгурский народ. Алма-Ата: Казахстан. 216 с.

27. Сапрынская Д.В. 2025. Этнокультурная политика России/СССР и Китая в отношении уйгуров и дунган (последняя треть XIX-го – первая треть ХХ века). Дис. … канд. ист. наук. Москва.

28. Селицкий И. 1905. Кульджинские переселенцы пограничной с Китаем полосы. Казань.

29. Симонов Н. 1901. Очерк службы № 1-го Сибирского казачьего Ермака Тимофеева полка. Москва. Сушанло М. 1959. Дунгане Семиречья: дооктябрьский период (Исторический очерк). Фрунзе: Изд-во АН КиргССР. 104 с.

30. Сушанло М. 1957. К вопросу о переселении части дунганского населения из СевероЗападного Китая в Семиречье (1877–1882). Труды Института языка и литературы АН Киргизской ССР. VIII. С. 129–136.

31. Терентьев М.А. 1875. Россия и Англия в Средней Азии. Санкт-Петербург. 361 с.

32. Фёдоров Д. 1903. Опыт военно-статистического описания Илийского края. Ташкент. 635 р.

33. Чаргынова Г.О., Махаева А.Ш., Кубеев Р.Д., Базарбаев К.К. 2020. Влияние государства Йэттишар на казахов и киргизов Туркестанского генерал-губернаторства Российской империи. Былые годы. 55(1). С. 142–151. DOI: 10.13187/bg.2020.1.142

34. Юсупов И.И., Ермаханова М.А. 1989. Роль дунган и уйгур в развитии хозяйства и торгово-экономических связей Семиреченской области со Средней Азией (конец XIX – первое десятилетие ХХ века). Вопросы истории и культуры народов Центральной Азии. Алматы: Б/и. С. 21–32.

35. Юсуров Х. 1961. Переселение дунган на территорию Киргизии и Казахстана. Фрунзе: Киргизгосидат. 80 с.

36. Явахунов И. 2008. Дунгане: прошлое и настоящее. Воспоминания. Алматы.

37. Ястребова А.Ю. 2016. Международно-правовой механизм реадмиссии и применение универсальных стандартов прав человека по отношению к иностранным гражданам (с учётом опыта РФ). Учёные записки Казанского университета. Серия Гуманитарные науки. 158(2). С. 625–637.