В статье анализируется гипотеза «квантового разума» А. Вендта, сформулированная в его последних работах. Поскольку Вендт обладает весомым статусом среди теоретиков международных отношений, раскрытие основных положений этой гипотезы, рассмотрение сложных и откровенно спорных её моментов, представляет собой задачу первостепенной важности. Успех или неудача как самой гипотезы, так и её критической рефлексии, открывают возможности для формирования нового и перспективного направления международно-политических исследований. Квантовый физикализм (или квантовый холизм) А. Вендта опирается на основательную философскую базу, виртуозное использование сведений и открытий в области физики, биологии, психологии. Амбициозный проект Вендта призван дать толчок исследованиям в области политической философии, мировой политики и международных отношений. Особенность выдвинутой гипотезы заключается в обосновании квантово-механической природы социальных и политических отношений, что прямо вытекает из гносеологического авторитета современных естественных наук. А. Вендт предлагает свой взгляд на основные принципы «квантовых» социальных и политических отношений, в том числе, на широко известную проблему «агент-структура». По его мнению, ненаблюдаемость социальных структур не может быть основанием для отрицания её реальности (её существования). Во-первых, социальные структуры происходят из мира возможностей, склонностей объектов, то есть их зависимость от материальных факторов непрямая. Во-вторых, ненаблюдаемость и принятие как данности некоторых аспектов реальности составляет часть естественнонаучной картины мира, в том числе в квантовой физике. В статье раскрываются особенности и сложности применения в социальных и политических науках таких принципов квантовой механики, как дуализм волн и частиц, суперпозиция, абсолютность размера. Это позволяет вписать гипотезу А. Вендта в предметное поле социальных наук, в том числе исследований международных отношений и мировой политики.

В статье оцениваются экономические, военно-политические и социально-гуманитарные возможности России в формирующемся глобальном информационном обществе, инфраструктурную основу которого составляет глобальная сеть Интернет. Автор отмечает, что несмотря на значительный экономический потенциал интернета и его вклад в мировую экономику, сегодня наметилась тенденция к милитаризации информационного пространства и росту значимости проблемы международной информационной безопасности. Эта тенденция является отражением международных процессов формирования многополярной системы, сопровождающейся ростом конфликтности, которые в информационном пространстве нашли отражение в ряде ярких событий последних лет, среди которых атаки супервируса «Стакснет» на иранскую АЭС в Бушере, разоблачения «Викиликс», дело Сноудена. Российская дипломатия участвует в выработке глобальных правил регулирования информационного общества и обеспечения информационной безопасности, основанных на уважении суверенитета и равноправии государств, причем её успехи на данном направлении создают для России весомый политический ресурс влияния в информационной сфере. Россия является глобальным центром силы в военно-политическом, дипломатическом измерениях информационного пространства, в то время как по экономическому и социо-культурному потенциалу она выступает как региональный игрок. Вместе с тем, милитаризация информационной сферы, хотя и не снимает необходимость дальнейшего укрепления экономического и технологического потенциала России, повышает значимость и приоритетность военного и политического ресурса. Военный и политико-дипломатический потенциал России обеспечивают возможность системного влияния на направления развития глобального информационного общества - то есть делают Россию полюсом силы в рассматриваемой сфере международной политики. Учитывая, что сегодня информация и информационные технологии выступают в роли важной составляющей т.н. «совокупной мощи» государства, информационный потенциал России позволяет ей претендовать на роль глобального центра силы как в информационном, так и в «офлайновом» мире.

В последние годы в научном сообществе наблюдается заметный всплеск интереса к исследованию влияния научно-технологических факторов на мирополитические процессы. Однако далеко не все каналы такого влияния изучены одинаково полно. Если о роли технологий в изменении характера вооружённой борьбы написано множество крупных трудов, то вопросы использования прорывных военных технологий в политических целях ставятся гораздо реже. Предлагаемая статья призвана заполнить эту нишу посредством рассмотрения новейшей инициативы министерства обороны США, известной под названием «третья стратегия компенсации» (СК-3) и нацеленной на обеспечение технологического превосходства США в военной сфере в XXI в., в первую очередь, за счёт обесценивания новых возможностей России и Китая. В первой части раскрывается концептуальное содержание СК-3, во второй - исследуется комплекс технологических приоритетов стратегии, и, наконец, в третьей - неопределённости, связанные с её дальнейшей реализацией. В заключении отмечается, что появление СК-3 является следствием одновременно эрозии превосходства США в военной сфере и сковывающих их ресурсных ограничений, и поэтому её точные параметры при отступлении императивов бюджетной экономии на второй план могут претерпеть изменения. Отдельно обозначаются основные международно-политические аспекты реализации СК-3. Во-первых, подчеркивается включенность стратегии в контекст «перебалансировки» сил США в АТР. Во-вторых, отмечается появление новых вызовов для европейских стран - членов НАТО, которые могут столкнуться с угрозой углубления технологического отставания от США и необходимостью резкого увеличения расходов на оборонные НИОКР, труднодостижимого в текущих условиях. В-третьих, допускается возможность ослабления позиций США на Ближнем и Среднем Востоке вследствие их сосредоточенности на противодействии высокотехнологичным противникам. В-четвёртых, подчеркивается высокая вероятность наличия дезинформационной компоненты в СК-3 и её нацеленности на втягивание РФ и КНР в ресурсозатратную гонку вооружений.

В настоящей работе рассмотрено влияние технологий на развитие мировой энергетики, а также на развитие международных экономических отношений. Показана важная роль международного сотрудничества в сфере энергетических технологий как ключевого фактора развития и глобального внедрения энергетических технологий в промышленность. Наиболее эффективно в мире технологическое многостороннее сотрудничество осуществляется под эгидой Международного энергетического агентства (МЭА) и других международных организаций. Оно позволяет совместными усилиями заинтересованных стран разрабатывать новые технологии, испытывать их и внедрять в производство. Для России это очень важно, так как в настоящее время наша страна является не только ведущим экспортёром энергетических ресурсов, но и оказывает значительное влияние на обеспечение глобальной энергетической безопасности. В то же время ТЭК России требует срочной и серьёзной модернизации путём разработки и внедрения инновационных технологий на базе изучения международного опыта. Поэтому вопрос модернизации ТЭК России имеет международный характер. Одним из способов ускорения процесса модернизации является организация государственно-частного партнёрства, что в значительной степени будет зависеть от характера и возможностей энергетической дипломатии России, учитывая геополитические и экономические реалии в связи с введёнными западными странами санкциями против нашей страны.

Статья посвящена изучению моделей производства инноваций на уровне отдельных организаций и государства. Смена больших технологических волн и формирование нового технологического уклада приводит к изменению систем разделения труда и созданию новых форм взаимодействия, что отражается как в теории, так и в практике инновационного менеджмента и политики. В рамках изучения данного вопроса в статье рассмотрены модели построения инновационного процесса, начиная от простых, линейных, моделей «технологического толчка» и «рыночного притяжения» и заканчивая сложной интегрированной моделью открытых инноваций. На корпоративном уровне процесс производства инноваций имеет две организационные модели - стартапы на ранних этапах своего развития, чьи инновационные процессы соответствуют более ранним, линейным, моделям, и организации-амбидекстры, которые производят инновации в рамках сложных интегрированных моделей. Из второй категории организаций выделяются компании-амбидекстры взаимодействующего типа, которые во взаимодействии со стартапами, научно-исследовательскими центрами, элементами инновационный инфраструктуры и другими экономическими агентами, действующими в рамках одной цепочки создания стоимости, составляют ядро наиболее прогрессивных форм национальной инновационной системы - моделей «тройной спирали» и «четвёртой спирали». В свою очередь, национальные инновационные системы как модели производства инноваций в масштабах государства эволюционируют в направлении всё более глубокого разделения труда и конвейерного типа производства инноваций. С данными тенденциями связано появление и развитие феномена серийного предпринимательства - превращения предпринимательства в отдельно выделенную профессию. Мировой опыт показывает эффективность данной концепции в различных точках мира. Однако при использовании вышеупомянутых моделей и концепций в национальной инновационной системе, необходимо учитывать социально-экономические особенности регионов экономики, так как они определяют эффективность внедрения определенных инновационных процессов, организационных форм их реализации на уровне компаний и национальной инновационной системы.

Рост населения в контексте ограниченных земных ресурсов заставляет страны искать новые способы повышения урожайности сельскохозяйственного производства. За последние 20 лет широкое распространение получили биотехнологии и генетически модифицированные (ГМ) культуры, производимые в 28 странах мира. В 2015 г. Министерство сельского хозяйства США разрешило использование генетически модифицированных сельскохозяйственных животных в коммерческих целях. Развитие рынка аграрных биотехнологий сдерживается наличием противников ГМ, к которым относится Россия и Европейский союз, где производство ГМ культур запрещено в силу экономических, этических, идеологических и биологических причин. В настоящий момент ЕС стремится сократить посевы и импорт ГМ продукции; в России импорт и экспорт ГМ товаров запрещен, а выработка консолидированной позиции относительно аграрных биотехнологий перенесена на 2017г. Автор стремится проанализировать объём мирового производства и торговли сельскохозяйственных товаров, произведённых на основе биотехнологий, и описать основные тенденции развития данного рынка.

В статье анализируются донесения итальянских дипломатов, работавших в СССР в межвоенный период. На основе неопубликованных источников делается попытка объяснить решение Муссолини вступить в войну против СССР в 1941 г. Как исторический источник дипломатические сообщения, с одной стороны, представляют собой богатый материал о различных аспектах жизни СССР, увиденной глазами иностранцев и представленной ими в наиболее подробной и исчерпывающей форме. С другой стороны, субъективный характер донесений предполагает критический подход к оценкам и суждениям итальянских дипломатов. Тем не менее, несмотря на очевидную узость их информационной базы, необходимо учитывать значимость дипломатических донесений и рассматривать дипломатические каналы как один из многочисленных факторов в определении внешнеполитического курса фашистской Италии. В статье рассмотрены два аспекта наблюдаемой итальянцами советской реальности: общественные настроения, а также национальный менталитет русских. Качественная характеристика обоих феноменов легла в основу сделанных дипломатами выводов о нестабильности советской власти и её неминуемой гибели в случае внешнего вторжения.

На протяжении советского периода правомонархизм рассматривался отечественными историками в рамках общеметодологических подходов к изучению непролетарских партий. Выступавшее идейно-политическим антагонистом большевизма черносотенство трактовалось как наиболее реакционное политическое течение дореволюционной России. В результате полноценной научной дискуссии по теме правомонархизма в советский период так и не состоялось, а советским историкам не удалось сформировать исторической концепции черносотенства как идейно-политического течения начала XX в.

Противоречия между регионами Бельгии - Валлонией и Фландрией - имеют долгую историю, связанную с неравномерным политическим, экономическим и культурным развитием территорий, которые в 1830 г. вошли в независимое государство - Королевство Бельгия. Одним из наиболее интересных источников по истории Бельгии данного периода является «Письмо королю», написанное выдающимся бельгийским политиком и литератором, социалистом Жюлем Дестре (1863 - 1936 гг.), и ставшее своего рода манифестом идей необходимости нахождения баланса между идеями сепаратизма и унитаризма. В этой статье впервые в переводе автора на русский язык приводятся отрывки из документа, а также проводится историческая критика данного источника. Исследование базируется на комплексе методов и подходов, основанных на принципе научной объективности и системности, применяемых в исторических исследованиях. Основными методами являются историко-проблемный и компаративный анализ, классификация и сопоставление политико-исторических концепций. В рамках внешней критики источника были определены место и время его создания, изучена биография автора текста; внутренняя критика источника воссоздаёт замысел произведения на фоне происходящих исторических событий. Ж. Дестре, высоко ценивший личные качества короля Альберта I, апеллирует к его опыту и политическому видению, описывая все проблемы, с которыми сталкивались валлоны в своём противостоянии фламандцам. В своём письме Ж. Дестре выразил протест против неравного развития регионов Бельгии и протекционистской политики центральной власти в отношении Фландрии в ущерб Валлонии. Он обобщил и сформулировал те факторы, которые, по его мнению, мешали полноценному развитию его страны. Дестреуделяет большое внимание языковым различиям, которые оказались в основе конфликтов между валлонами и фламандцами и которые до сих пор сотрясают Бельгию. Он размышляет над тем, что должна делать центральная власть для снижения национальной напряжённости, что объединяет два народа, а что разделяет, какой должна быть система образования, чтобы грядущие поколения смогли преодолеть историческую отчуждённость таких географически близких и таких идеологически далёких народов. И хотя Жюль Дестре твёрдо отстаивает идею сепаратизма для Валлонии как единственного решения проблемы, тем не менее, к концу своего письма-рассуждения он принимает более сбалансированную позицию. Идея унитарного государства уже не отрицается им полностью, но подчеркивается важность сбалансированной политики центральной власти по отношению к регионам для снижения внутренней напряженности в отношениях между двумя народами. Идеи, заложенные в «Письме королю», легли в основу принципов дальнейшего мирного сосуществования автономных регионов в составе союза, что проявилось во время Первой мировой войны, когда валлоны и фламандцы бок о бок противостояли общему врагу.

Одна из основных проблем ШОС - вопрос расширения. Традиционно он рассматривается с позиций практической политики. Но по мере затягивания этого спора о расширении состава государств-членов в нём появляется все большая глубина. В дискуссии о расширении проявляется своеобразная политическая культура ШОС, а также известный на примере других организаций вопрос о «разноуровневости» при расширении состава участников. Но главное? в рамках споров о расширении начинает оформляться вопрос о будущем организации - будущем глобальном (как его в большей степени видит Россия) или будущем региональном (как его в большей степени видит Китай). ШОС, таким образом, стоит перед одним из важнейших противоречий современного мира: коллизией трендов глобализации и регионализации. Пока дебаты об этих трендах и их соотношении идут на уровне политических, экономических и социальных наук, ШОС сталкивается с необходимостью нахождения практического выборы в пользу одного из трендов либо нахождения модальности их сочетания при определении приоритетов своей работы. Статья переформулирует проблему расширения из вопроса практической политики в вопрос нахождения в дальнейшей стратегии ШОС баланса между трендами глобализации и регионализации, что позволит на практическом уровне согласовать основные интересы России и КНР в Евразии.

В статье дан обзор отечественной научной литературы, посвящённой проблематике БРИКС, обобщены вопросы, поднимаемые различными авторами относительно основных тенденций развития стран сообщества и самой данной организации в свете глобальных экономических и политических процессов. Исследованы теоретические вопросы дальнейшего развития организации как одного из векторов глобального перераспределения сил, освещённые в научной литературе. В исследовании последовательно поданы все основные аспекты,касающиеся особенностей функционирования БРИКС как инновационного формата неформального межрегионального сотрудничества стран. Поскольку БРИКС - сравнительно молодое объединение, его институционализация продолжается в настоящее время. Это, в первую очередь, связано с экономическим аспектом: создание Нового банка развития завершает первый этап создания формализированного объединения. В отличие от экономической составляющей, вокруг которой, скорее всего, будет строиться дальнейшее сотрудничество, политическая институционализация видится весьма отдаленной перспективой. По крайней мере на сегодняшний день входящие в сообщество страны являются слишком разными политически и находятся в совершенно различных условиях на международной политической арене. Возможно, в будущем БРИКС будет двигаться сугубо в экономическом векторе. Парадокс этой ситуации заключается в том, что и экономически данные страны также очень различны. Их вес в мировой экономике отличается довольно существенно, что несёт в себе предусловие возникновения некоей доминанты в структуре формата БРИКС. В этом аспекте все зависит от дальнейших конъюнктурных составляющих внешней и внутренней среды каждой из стран. Под их воздействием будет формироваться и изменяться их экономика, и в условиях турбулентности глобального экономического пространства могут возникать совершенно неожиданные моменты. Отечественными авторами подробно изучены особенности каждой из стран-участниц БРИКС, что позволяет отметить значительный интерес отечественной науки к изучению межрегионального сотрудничества и взаимодействия в условиях глобального политико-экономического пространства. При этом исследование библиографии, посвящённой проблематике БРИКС, не может вместить весь объём литературных источников по причине их многочисленности, поэтому внимание уделяется основным вопросам, поднимаемым различными исследователями. Раскрыты вопросы взаимовыгодного сотрудничества стран-участниц в формате данной организации.

В статье рассматривается эволюция субрегионального сотрудничества стран Европы в сфере безопасности и обороны. Проводится анализ причин возникновения такого феномена как субрегионализм, который связывается со стремлением отдельных малых групп европейских государств, преимущественно стран Центральной и Восточной Европы, к налаживанию взаимодействия в оборонной сфере после завершения холодной войны. Такое взаимодействие рассматривается в более широком контексте интеграционных процессов в Европе, оказывающих важнейшее воздействие на субрегиональную кооперацию в отдельных частях единого европейского пространства безопасности в рамках ЕС и НАТО. Бывшие соцстраны Европы, а также некоторые европейские нейтралы изначально расценивали субрегиональные объединения в качестве средств, позволяющих им повысить качество своей внешней безопасности в «переходный» - т.е. предшествующий членству в европейских или евро-атлантических структурах - период. По мере торможения процессов расширения ЕС и НАТО в конце первого десятилетия XXI века, субрегиональные группировки обрели особую значимость. Несовпадение оценок внешних угроз между отдельными членами Союза и Альянса ускорило процесс «группирования» ограниченных по составу стран вокруг решения общих задач, имеющих локальное значение для панъевропейских организаций как таковых, но крайне важных для самих группирующихся стран. Европейскому союзу и Североатлантическому альянсу оказалось не просто воздействовать на эти процессы, синхронизируя их с евро-атлантической интеграцией как таковой.

Несмотря на огромное количество исследований по проблемам «мягкой силы», проведённых как в России, так и за рубежом, практически вне рассмотрения остаются вопросы, связанные с отрицательными аспектами использования «мягкой силы», особенно в отношении того, кто её применяет. В статье на примере Германии, которая активно формирует свой привлекательный образ на международной арене, показывается, к каким отрицательным последствиям это может вести. В частности, отмечается, что необходимо формировать не отдельные положительные черты государства, а целостный его образ, предусматривать побочные негативные последствия использования «мягкой силы», координировать действия негосударственных акторов по реализации «мягкой силы». Последнее становится особенно актуальным в условиях, когда «мягкая сила» все шире реализуется в рамках публичной дипломатии через негосударственных акторов. Наконец, особо отмечается необходимость проведения дальнейших исследований негативных аспектов «мягкой силы» как в теоретическом, так и в практическом плане.

Россия вновь, как и в начале 1990-х годов, находится в ситуации исторической развилки. Идти России собственным путём или по примеру впечатляющих экономических достижений азиатских государств, которые успешно освоили западный (европейский) опыт общественной модернизации, не утратив своей национальной самобытности. Россия, являющаяся составной частью европейской цивилизации, обладает более значительными возможностями использования этого опыта, чем азиатские страны. В то же время, происходящее в последние десятилетия перемещение центра мировой экономики в Азиатско-Тихоокеанский регион, превращение Китая в ведущую мировую державу заставляет в полной мере оценить двухконтинентальность России, её непосредственное соседство с Евросоюзом и Китаем. Задача сравнительного анализа западного и восточного векторов российской политики сегодня актуализируется как внешними, так и внутренними причинами: охлаждением отношений России с Евросоюзом и глубоким экономическим кризисом, порождённым сырьевой моделью экономики, сформированной в 1990-х гг. Анализ отношений России с соседями актуализирует необходимость исследования приграничных зон, в которых происходит процесс непосредственного социокультурного взаимодействия стран-соседей, в том числе динамика изменений в массовом сознании различных социальных групп этих зон.

Дж. М. Кейнс в своей «Общей теории», опубликованной 80 лет назад, подверг пересмотру ортодоксальную неоклассическую концепцию и предложил новое понимание принципов работы рыночной экономики. Основная идея «Общей теории» состоит в том, что уровень занятости зависит от величины эффективного спроса. Кейнс полагал, что значительная часть экономической деятельности определяется иррациональным началом («animal spirits») вследствие существования неустранимой неопределенности в отношении будущего. По мнению Кейнса, это иррациональное начало является основной причиной экономической нестабильности. Неопределенность и иррациональное начало в поведении людей порождают нестабильность инвестиций. Кейнс подчеркивал различие между факторами, порождающими риск (который поддается расчёту), и неопределенностью (которую рассчитать невозможно). По этой причине он выступал против излишней математизации экономической теории. Ещё один важный вклад Кейнса в экономическую науку - переключение фокуса анализа с долгосрочного на краткосрочный период. Вывод «Общей теории» заключается в необходимости государственного регулирования эффективного спроса с целью уменьшения экономических колебаний. Главная роль, которую Кейнс отводил государству, - снизить степень неопределённости и сделать развитие экономики более предсказуемым.

В статье обосновываются нравственно-философские ориентиры круп - нейшего экономиста и политического мыслителя ХХ в. Джона Мейнарда Кейнса (1883-1946), сыгравшие важную роль в переосмыслении ряда важных положений классической политэкономии и ставшие идейной и методологической основой «кейнсианской революции» и создания новой области экономического анализа - макроэкономики. Автор прослеживает основные этапы формирования этических взглядов Кейнса, показывает, что его интерес к этике как осмыслению морали был продиктован потребностью в новом концептуальном видении экономической действительности и в поиске ответа на главный этический вопрос: «Что делать?». Обращается внимание на то, что понимание Кейнсом этической направленности экономической теории позволило ему занять критическую позицию по отношению к традиционному индивидуализму (традиционному для учёных после Адама Смита) и викторианской морали (скорее, в более общем плане - протестантской морали, тем более что в тексте автор обращается к трудам Зомбарта и Вебера) бережливости и накопительства и сделать вывод, что рациональные и «правильные» с точки зрения отдельного индивида способы поведения не являются гарантией процветания общества. Для достижения последнего Кейнсом была обоснована жизненная необходимость коррекции рыночной системы и «централизованного контроля» со стороны государства за общим уровнем платежеспособного спроса. Подчёркивается, что этические взгляды Кейнса корреспондируют с развивающейся ныне «этикой ответственности» - относительно молодой научной дисциплиной, появление которой связано с рисками, которые несёт с собой техногенная эпоха: загрязнением окружающей среды, дефицитом ресурсов, перенаселением, усилением турбулентности мирового хозяйства. В заключительной части статьи рассматривается один из важных с точки зрения Кейнса пороков капитализма - невротическая склонность людей к умножению «абстрактного (денежного) богатства». Показано, что она уродует не только психику и сознание людей, но и меняет вектор развития рыночной экономики в направлении «спекулятивного капитализма», создающего угрозу цивилизации созидания, росту материального благополучия и всестороннего развития личности.

В статье анализируется вклад Джона Мейнарда Кейнса в изучение психологических мотивов, влияющих на экономическое поведение людей. Рассмотрены истоки анализа психологических мотивов в экономике до Кейнса. Проанализировано соотношение рациональных и иррациональных мотивов экономического поведения в кейнсианской теории. Показано, что изучение Кейнсом поведения экономических агентов в условиях неопределённости и неполноты информации способствовало разработке теории ограниченной рациональности Гербертом Саймоном. Рассмотрен вклад Кейнса в формирование новой «кейнсианской» модели человека, предполагающей необходимость выбора в условиях ограниченной информации, важность ожиданий экономических агентов, учёт психологических и социальных факторов, влияющих на экономическое поведение. Рассмотрены основные психологические закономерности поведения потребителей, инвесторов и участников финансовых рынков, выделенные Кейнсом («основной психологический закон», предполагающий снижение предельной склонности к потреблению с ростом дохода, предпочтение ликвидности, влияние «психологии рынка» и чередования периодов пессимизма и оптимизма на поведение инвесторов), и их актуальность в настоящее время. Показано развитие идей Кейнса в теории «иррационального начала» Джорджа Акерлофа и Роберта Шиллера и в гипотезе финансовой нестабильности Хаймана Мински. Подробно рассмотрено понятие «мультипликатора доверия», введённое Акерлофом и Шиллером, и возможности оценки уровня потребительского доверия в современной экономике. Изучение Кейнсом психологических мотивов экономического поведения способствовало появлению на стыке экономики и психологии новых научных дисциплин, таких как экономическая психология и поведенческая экономика.

В статье рассматриваются наиболее важные аспекты преподавания кейнсианской теории в курсе макроэкономики на факультетах неэкономических специальностей в свете острого на сегодня вопроса о качестве экономического образования. Подчёркивается актуальность идей Кейнса, важность свойственного кейнсианской теории системного взгляда, что отражается, в частности, в понимании связи макропроцессов на уровне экономики в целом с явлениями микроуровня. Авторы статьи отмечают сложности соотнесения в курсе по макроэкономике кейнсианской и неоклассической версий и обращают внимание на целесообразность включения в курс разделов кейнсианской теории, касающихся равновесия реального сектора, рынка труда, идеи совместного равновесия рынка денег и рынка благ. Особое внимание следует уделить пониманию роли рынка и государства с позиций Кейнса. Авторы подчёркивают, что при изучении таких понятий, как «потребление», «накопление», «инвестиции», «спрос на деньги», необходимо показывать роль психологических факторов. Эти факторы, значение которых в экономической жизни показал Кейнс, в последующие десятилетия стали предметом глубокого изучения в макроэкономических теориях. Особое внимание в статье уделяется мотивации студентов, как одному из условий эффективности усвоения знаний.

Мировое экономическое развитие в XXI в. сохраняет тенденции и противоречия предшествующего столетия. Экономический рост в ряде стран и, как следствие, рост потребления соседствует с обострением глобальных проблем современности. Это не только экология и климатические изменения, что, несомненно, достойно внимания мирового сообщества, но и социальные проблемы. Среди последних вопрос бедности занимает центральное место. Бедность является общемировой проблемой, участие в решении которой принимают местные органы власти, международные организации, коммерческие и некоммерческие структуры. Игнорировать катастрофическое положение в борьбе с данной проблемой нельзя. Необходимо искать пути её решения не только существующими методами, но и разрабатывая новые подходы. Одной из наиболее значимых тенденций в борьбе с бедностью является развитие коммерческих предприятий, работающих в сегменте населения с низким уровнем дохода и позволяющих выйти из нищеты миллионам человек по всему миру. Иными словами, одним из решений проблем бедности, может стать привлечение коммерческого капитала путём экономического обоснования доходности и перспективности инвестиций в компании, работающие в сегменте населения с низким уровнем дохода. Подобный подход включает это население в экономическую активность, делает их полноценными участниками рынка, что способствует созданию потенциала для экономического роста и является ключевым шагом к выходу из бедности.

В представленном исследовании сделан акцент на экономико-статистическом анализе особенностей развития отраслей экономики связанных с использованием возобновляемых источников энергии в отдельных странах. Внедрение технологий, основанных на утилизации возобновляемых источников энергии (далее ВИЭ), является определяющей тенденцией развития мировой энергетики. Неравномерное распределение запасов углеводородов, растущий спрос на них со стороны развивающихся стран и экологические риски, связанные с производством и потреблением ископаемых ресурсов, обусловили рост интереса многих государств к данной сфере. Создание низкоуглеродных экономик подразумевает реализацию планов по увеличению удельного веса чистой энергии за счет ВИЭ, энергоэффективности, снижения выбросов парниковых газов. Приоритетность данного сектора является характерной особенностью современного развития как развитых (США, страны ЕС, Япония), так и быстро развивающихся экономик (Китай, Индия, Бразилия и т.д.), что подтверждается включением развития данного сегмента в государственные энергетические стратегии и пересмотром существующих подходов к энергетической безопасности. Особый интерес представляет анализ использования ВИЭ, его вклада в добавленную стоимость стран-продуцентов. За последнее десятилетие доля энергии, произведённой на основе ВИЭ, в энергобалансе крупнейших экономик мира существенно увеличивается. С каждым годом растёт количество электрогенерирующих мощностей на основе ВИЭ, особенно данная тенденция проявляется в Китае, США и странах Европейского союза. Наблюдается значительное увеличение прямых инвестиций в возобновляемую энергетику. При этом наиболее динамичными темпами развиваются солнечная и ветровая энергетика.

В процессе разведки, разработки и эксплуатации нефтегазовых месторождений, добыче, переработке, транспортировке и хранении нефтегазовые компании оказывают негативное воздействие на окружающую среду. Происходят аварии, сопровождающиеся разливами нефти, выбросами и сбросами загрязняющих веществ в окружающую среду. В результате загрязняются водные ресурсы, грунт и атмосфера, гибнут животные, птицы и рыбы, трансформируется структура недр и изменяется ландшафт; формируются объекты накопленного экологического ущерба. Положительной тенденцией современного развития нефтегазовых компаний является внедрение в практику их деятельности механизмов экологического менеджмента, что обуславливает постепенное снижение негативного воздействия их деятельности на окружающую среду. Необходимость строительства природоохранных объектов; охраны, рационального использования и реабилитации земель; охраны водных ресурсов и атмосферного воздуха; мониторинга состояния окружающей среды и производственных объектов; предупреждения и ликвидации последствий аварий на трубопроводах; обезвреживания и утилизации отходов производства; экологического обучения; проведения научно-исследовательских работ требует от нефтегазовых компаний больших затрат. В данной статье проведён анализ основных эколого-экономических показателей деятельности нефтегазовых компаний, как то: объёмы разлитой нефти, количество разливов в год, объёмы выбросов CO2, затраты на охрану окружающей среды.

Энергетическая реформа ФРГ является на современном этапе одной из наиболее масштабных и значимых по объёмузатрат, высокой роли вклада научно-технической составляющей, степени вовлеченности и влияния на другие отрасли экономики и хозяйствующие субъекты страны. Энергетическая реформа направлена на решение нескольких задач - повышение уровня энергетической безопасности путём увеличения доли возобновляемых источников энергии, сохранения окружающей среды путем снижения выбросов в атмосферу и уровня потребления энергии. За период с 1990 по настоящее время наблюдается рост доли ВИЭ как в общем энергопотреблении, так и в секторе электроэнергетики. Государственная поддержка в денежном выражении, включающая прямое финансирование, предоставление налоговых льгот и создание выгодных условий для отрасли и секторов, за последние несколько лет имеет тенденцию к росту для ВИЭ; при этом противоположная тенденция наблюдается для традиционных энергоносителей. Расходы на ВИЭ более прозрачны, в то время как расходы на традиционные энергоносители зачастую являются «скрытыми» и косвенно обременяют госбюджет, а также возникают в форме последующих внешних расходов, связанных с вредным воздействием на окружающею среду. Однако, последнее время проявляется несовершенство системы поддержки ВИЭ, при котором возникает противоположное влияние или противоречие между несколькими инструментами, направленными на достижению одной цели. Очевидная необходимость пересмотра механизма государственной поддержки, тем не менее, не означает для правительства страны нецелесообразность реформы в целом, поскольку поставленные задачи имеют стратегическое значение для ФРГ.

Максимальное использование преимуществ международного разделения труда и обмена достижениями инновационного развития возможно только при наличии строгой системы норм и правил, которые позволяли бы регулировать международную торговлю, обеспечивая прозрачность условий доступа на рынки, возможность оспаривать дискриминационные меры, а также сохранять определённую степень защиты интересов национальных производителей. Начало становлению многосторонней торговой системы было положено подписанием Генерального соглашения по тарифам и торговле (ГАТТ), а впоследствии развито в документах, кодексах и решениях переговорных раундов. С 1995 г. основу многосторонней торговой системы составляет свод правил Всемирной торговой организации (ВТО), сформированных, что особенно важно, на многостороннем уровне. В последние годы, однако, переговорный процесс в рамках ВТО замедлился, что сказалось на качестве и темпах принятия решений по ключевым проблемам мирового развития. Это позволяет говорить об определённом кризисе ВТО как основного регулятора мировой торговли, а, следовательно, о необходимости как институциональной, так и содержательной реформы этой организации.

В статье анализируются предпосылки и возможные последствия трансатлантической интеграции. Рассматривается история трансатлантического сотрудничества и интеграционных инициатив. Подчёркивается стратегическая направленность Трансатлантического торгового и инвестиционного партнёрства (ТТИП) на укрепление позиций участников объединения в мировом хозяйстве в условиях обострения глобальной конкуренции. В качестве предпосылок трансатлантической интеграции также выделены отсутствие ощутимого прогресса в Дохийском раунде переговоров ВТО и неблагоприятная конъюнктура в ЕС. Рассматривается обоснованность заключения Еврокомиссии относительно преимуществ Партнёрства. Критически оцениваются результаты эконометрического моделирования ТТИП, анализируются проблемы нетарифной либерализации в его рамках. Сравнивается эффективность функционирования рынка труда ЕС и США. Показана относительно низкая конкурентоспособность ЕС по сравнению с США и связанные с этим риски для экономического роста и занятости будущего интеграционного объединения. В качестве рисков трансатлантической интеграции обозначены проблемы безработицы, восстановления обрабатывающей промышленности и её высокотехнологичных отраслей, улучшения общехозяйственной конъюнктуры ЕС. Рассматриваются различные способы сотрудничества в области регулирования в рамках ТТИП и вероятность их использования. Выделяется гармонизация стандартов регулирования; взаимное признание стандартов регулирования erga omnes; двустороннее взаимное признание стандартов регулирования; взаимное признание оценки соответствия стандартам регулирования. Продемонстрировано возможное влияние способов сотрудничества в области регулирования на конкурентоспособность участников соглашения, конкуренцию с развивающимися странами и установление глобальных стандартов регулирования. Выявлены противоречия целей и мотивов Партнёрства. Сделан вывод о наличии экономических предпосылок трансатлантической интеграции и переоценённости выгод проекта соглашения, прежде всего, для ЕС.

В статье рассматривается положение дел в российской пенсионной системе и вырабатываются рекомендации по её дальнейшему развитию на основании международного опыта. На сегодняшний день пенсионная система РФ находится в переходном состоянии. Очевидно, что проведённые в 2013-2015 гг. реформы не являются окончательными, так как в своём текущем состоянии система пенсионного обеспечения по-прежнему характеризуется крайне низким значением коэффициента замещения при очень высоком уровне государственных расходов. Введённый в ходе последних реформ мораторий на накопительные пенсии ставит под вопрос будущее обязательной накопительной пенсионной системы. Мировой опыт формирования пенсионных систем говорит о том, что наиболее успешные из них не ограничиваются исключительно государственной солидарной системой, а используют комбинацию из распределительной и накопительной частей. При выборе в пользу обязательной либо добровольной накопительной части государства, как правило, ориентируются на особенности национальной экономики. Изучение успехов и ошибок мировой практики использования добровольных и обязательных накопительных пенсионных систем представляет научный и практический интерес, так как может способствовать более точному выбору дальнейшего пути развития отечественной системы пенсионного обеспечения.

Цель настоящей работы - исследовать процессы эволюции ведущих индийских бизнес-групп в условиях либерализации экономики страны. Показано, что сегодня роль бизнес-групп в индийской экономике определяется высокой долей в ВВП; огромными совокупными активами; существенной долей в экспорте товаров и услуг; активным участием в становлении современной отраслевой структуры, в создании трудоёмких и высокотехнологичных отраслей. Ведущие индийские бизнес-групп активно влияют и на экономические стратегии страны, они стали <«локомотивом» интернационализации и транснационализации Индии, основой системы внешнеэкономических акторов, проводниками индийского «экономического чуда» на мировой арене, динамичным сегментом экономического и социального развития современной Индии. Тенденциями развития ведущих индийских бизнес-групп являются постепенная концентрация производства в нескольких ключевых секторах, «горизонтализация» структуры; акционирование предприятий; привлечение на управляющие посты наёмных топ-менеджеров, транснационализация. Однако на фоне указанных изменений ведущие индийские бизнес-группы сохраняют основные традиционные особенности: продолжают в большинстве своём оставаться в собственности основавших их семей; соблюдают тесные кастовые или общинные отношения, составляющие основу их неформальных системообразующих связей; остаются широко диверсифицированными структурами со слабыми межотраслевыми связями. Специфическая национальная амбивалентность ведущих индийских бизнес-групп, сочетание в них традиций и инноваций обеспечивает их высокую жизнеспособность и устойчивость в противоречивой, многоукладной, обременённой кастовыми и конфессиональными пережитками индийской действительности. Делается вывод, что, вопреки доминирующему в экономической литературе мнению, трансформация бизнес-групп в многоотраслевые корпорации западного типа далеко не завершена и в ближайшей перспективе они будут сохранять всё своё своеобразие, присущий им социальный и экономический «колорит».

В статье анализируются специфические черты формирования аграрного и промышленного секторов Республики Южная Африка с момента образования Капской колонии. Эти черты обусловлены с одной стороны гораздо более ранней колонизацией Юга Африки в сравнении с другими странами Африки южнее Сахары, а с другой - масштабным притоком на Юг Африки европейцев. Две наиболее значимые из этих специфических черт следующие. Первое: в отличие от других стран Африки южнее Сахары аграрный сектор изначально развивался на базе частной собственности и западных технологий. Второе: в нём отсутствует деление на «африканский» и «европейский» субсектора, а продукция южноафриканского сельского хозяйства всегда была ориентирована как на внешний, так и на внутренний рынок. Развитие промышленного сектора Республики Южная Африка началось с добывающих отраслей; а именно алмазо- и золотодобычи. Авторы особенно отмечают роль золотодобычи, которая благодаря своему мультипликационному эффекту положила начало промышленной революции на Юге Африки. Становление обрабатывающей промышленности шло главным образом на базе импортозамещения. В статье выделяются несколько этапов импортозамещения и анализируются его результаты. Авторы указывают на особую значимость импортозамещения во время Первой и Второй мировых войн.

ШОС всё время своего существование привлекает пристальное внимание экспертов. С 2006 г. регулярно работает Форум ШОС, который объединяет экспертов государств-членов. Обстоятельные дискуссии состоялись на очередном Форуме в апреле 2016 г. в Душанбе. Эксперты рассмотрели проблемы безопасности, экономического сотрудничества (в том числе, по транспортной и водно-энергетической тематике) и, традиционно, проблемы расширения ШОС. По всем этим темам, особенно по вопросам расширения организации, обозначились новые акценты в оценках экспертов из разных стран, которые отражены в настоящей статье. Работу Форума в этом году сопровождали заявления о том, что ШОС подошла к новому этапу в своём развитии. Это направление обсуждений представляется чрезвычайно важным, так как может вести в следующие годы к ещё более активным дискуссиям о роли ШОС в современном мире. В настоящей статье авторы акцентируют внимание на этом направлении дискуссии и представляют основные обозначившиеся подходы на этот счёт.

Беккин Р.И., Тагирджанова А.Н. Мусульманский Петербург. Исторический путеводитель. Жизнь мусульман в городе на Неве и его окрестностях/ Р.И. Беккин, А.Н. Тагирджанова. - М. - СПб: Институт Африки РАН, 2016. - 640 с.: ил.